Окончание.

Больше года длилось для русских войск голодное и холодное «Галлиполийское сидение» — жизнь в палаточном лагере на пустынном турецком полуострове Галлиполи, переиначенного русскими в «Голое поле». Вскоре беспочвенность надежд на возвращение армии в Россию для продолжения вооруженной борьбы с большевиками стала очевидной, как и невозможность сохранять эту армию в неизменном виде. Было решено перебазировать войска в Болгарию и Югославию, где армия, по мысли генерала Врангеля, должна была существовать в «полускрытом» виде. Формально полки сохранялись, а служившие в них солдаты и офицеры переходили на собственное содержание. В ноябре 1921 года в составе Корниловского ударного полка в Болгарию прибыли братья-офицеры Копецкие — Леонтий и Платон со своей супругой Ольгой Александровной, коренной харьковчанкой.

Леонтий Васильевич в Болгарии долго не задержался. Бывший студент Харьковского университета решил продолжить свое образование. Сперва он уехал доучиваться в Берлин, а затем — в Чехословакию, где для русских были созданы условия для получения и завершения высшего образования. Окончив филологический факультет Карлова университета в Праге, был оставлен при университете, защитил диссертацию и стал работать в должности приват-доцента экономического вуза. Ученая карьера Леонтия Копецкого только начиналась…

Платон Васильевич и Ольга Александровна Копецкие решили обосноваться в Болгарии. В апреле 1923 года у них родился сын, которого в честь дяди назвали Леонтием. Ротмистр Копецкий устроился преподавателем русской эмигрантской гимназии в городе Тырново-Сеймен. В летние месяцы, когда ученики распускались на каникулы, жалования преподавателям не выдавали. Чтобы прокормить жену и ребенка, Платон Васильевич вынужден был, как и многие русские эмигранты в то время, перебиваться любой работой, иногда — самой черной и грязной, например рыть артезианские колодцы или делать вручную кирпичи. Раньше эту работу делали цыгане, с приходом же русских болгары предпочитали нанимать на нее «братушек-руснаков», отцы и деды которых всего лишь каких-то полсотни лет назад освобождали болгар от османского ига…

Еще с Галлиполи Платон Васильевич запомнил слова одного из белых вождей: «Никакой труд не может быть унизителен, если работает русский офицер». Но если труд в кирпичных ямах и не унижал достоинство офицера, то его здоровье, подорванное ранениями, такой труд стремительно разрушал. Чтобы заработать на хлеб, приходилось сутками надрываться в холоде и сырости, копая землю или меся голыми ногами глиняный раствор для кирпичей. Неудивительно, что после такой работы Платон Копецкий заболел тяжелой формой лихорадки. Болгарский климат не позволял надеяться на скорое выздоровление. Вердикт врачей был категоричен: или переезд в другую страну, или скорая смерть.

Обратившись в Нансеновский комитет — международную организацию, занимавшуюся помощью беженцам, Копецкие получили направление в Бразилию. Но решили не ехать за океан, а перебраться в Чехословакию, где уже относительно благополучно устроился брат Платона — Леонтий. В 1924 году, с годовалым ребенком на руках, Платон Васильевич и Ольга Александровна выехали якобы в Геную — для посадки на отправлявшийся в Бразилию пароход. По дороге высадились в Вене, оттуда направились к чехословацкой границе и благополучно, хотя и нелегально, перешли ее.

После того как удалось получить вид на жительство, Платон Васильевич занялся уже привычным для него учительским трудом, работая преподавателем русской реальной гимназии в расположенном недалеко от Праги городе Моравска Тршебова, где существовала русская эмигрантская колония. В 1927 году у четы Копецких родилась Ирина. А в 1935 году вместе с гимназией они перебрались в Прагу, где жил и работал Леонтий Копецкий.

Оказавшись в Чехословакии, Леонтий Васильевич первым узнал удивительный факт: оказывается, фамилия Копецких — одна из самых распространенных в этой стране. И русских Копецких чехи приняли за своих, поначалу даже отказываясь верить тому, что они русские. Возможно, именно чешская фамилия помогла Леонтию Копецкому сделать блестящую научную карьеру. Но главным образом — талант и знания, полученные в Харьковском Императорском университете и преумноженные в Карловом университете Праги.

Будущий всемирно известный лексиколог начинал ученую карьеру в Высшем коммерческом училище. Был доцентом, руководителем кафедры русистики, а с 1930 года — профессором. Являясь активным членом Пражского лингвистического кружка, он выпустил свою первую книгу «Русский язык для чехов», выдержавшую несколько изданий. А в 1935 году был издан первый большой труд Леонтия Копецкого в области лексикологии — «Большой русско-чешский словарь», над которым он работал около 5 лет. Этот словарь отразил перемены в русском языке за 18 лет, прошедшие после революции.

Вторая мировая война временно приостановила научную работу Леонтия Васильевича. Во время оккупации Праги гитлеровцами его и других преподавателей коммерческого техникума отправили на принудительные работы. В трудных условиях Леонтий Копецкий не прекращал научной деятельности. И когда в освобожденной Праге были вновь открыты чешские вузы, он возглавил кафедру русского языка на педагогическом факультете Карлова университета, став ординарным профессором этого вуза. После войны под его руководством вышел в свет чешско-русский словарь академического типа в шести томах, а также двухтомные чешско-русский и русско-чешский словари для широкого круга читателей. Эти словари стали популярными во всем мире и даже сейчас продолжают переиздаваться с небольшими дополнениями.

Как известно, во время войны русская эмиграция в своем отношении к нападению Гитлера на СССР раскололась на «пораженцев», видевших в нем шанс России на освобождение от большевиков, и «оборонцев», горячо поддерживавших советских людей в их борьбе с фашистскими захватчиками. Братья Копецкие принадлежали к числу «оборонцев». И с радостью встретили приход в Прагу советских войск. Большинство эмигрантов, в том числе — бывших белогвардейцев, видели в советских солдатах прежде всего русских парней, пришедших из далекой и милой сердцу России, носящих на плечах точно такие же погоны, какие и они носили когда-то… Но для многих эмигрантов радость была преждевременной. Кроме советских войск, пришли в Прагу и советские чекисты. И начали «чистку» среди русской эмиграции.

Леонтия Васильевича Копецкого, тогда уже известного ученого и государственного деятеля, советника Министерства иностранных дел Чехословакии, «органы» тронуть не решились, по-видимому не желая конфликта с чехословацким правительством. А вот Платону Васильевичу припомнили его «корниловское» адъютантство. В мае 1945 года его арестовали и отправили по этапу в советский концлагерь.

Почти два года провел Платон Копецкий в ГУЛАГе, сперва в Соликамском лагере, затем — в Магадане. Все это время за брата усиленно хлопотал Леонтий Васильевич. Во время пребывания в Праге знаменитого советского артиста Николая Черкасова (играл роль ученого-географа Паганеля в довоенном кинофильме «Дети капитана Гранта», князя Александра Невского в одноименной картине и другие) профессору Копецкому удалось заручиться его поддержкой. Артист обещал посодействовать, используя неофициальные каналы и, видимо, сдержал слово. В 1947 году Платон Васильевич был освобожден, правда, без права выезда в Чехословакию.

В советской стране, без гражданства, дававшего хоть советские, но все же права, он оказался чужим и никому не нужным. Где-то на просторах этой страны жили его сестра и родственники со стороны матери. Но где именно и живы ли они — этого Платон не знал. А розыск родственником — бывшим белогвардейцем и вчерашним заключенным — мог очень навредить им. И Платон Васильевич, не теряя надежды вернуться в Прагу, к родным, отправился в Закарпатье, поближе к чехословацкой
границе.

Эта земля стала советской совсем недавно и там еще продолжали жить русские эмигранты первой волны и их дети. К счастью для Копецкого, среди них оказались знакомые — бывшие его ученики, работавшие врачами. Они-то и помогли поправиться Платону Васильевичу, заболевшему в дороге туберкулезом. До весны 1948 года он работал учителем в средней школе села Билки Закарпатской области. К тому времени Леонтий Васильевич с помощью Чехословацкого МИДа сумел, наконец, добиться от советской стороны разрешения на выезд в Прагу для своего брата.

Вернувшись, Платон Васильевич продолжал работать учителем. Правда, уже не в русской гимназии, которую закрыли как белогвардейскую, а в чешской. Преподавал он и на педагогическом факультете одного из пражских вузов. На пенсию он вышел около 1960 года. Скончался Платон Копецкий в глубокой старости, в возрасте 90 лет — в 1982 году, на 6 лет пережив своего младшего брата Леонтия, умершего в 1976 году от рака. Похоронены братья в Праге, на Ольшанском кладбище. Там же похоронен харьковчанин Николай Будаков — офицер 10-го гусарского Ингерманландского полка и близкий друг Копецких.

Способность к языкам, похоже, была врожденной у всех членов семьи Копецких. Дочь Платона Васильевича, Ирина Платоновна, работала переводчицей. Лидия Леонтьевна Копецкая, научный работник Чешской академии наук, слыла настоящей грекофилкой, часто ездила в Грецию, прекрасно владела греческим языком и составила греко-чешский словарь. Даже свою квартиру перед смертью она завещала одной греческой организации.

Предвидя вопрос читателя о том, что же случилось с отцом братьев Копецких — полковым священником Василием Копецким, возвращаюсь к рассказу о нем. После революции батюшка остался в России, в ставшем ему родным Чугуеве. Почему в конце 1919 году он не ушел с отступавшими белыми войсками — теперь уже никто не знает. Видимо, были на то причины. В Советской России отцу Василию жилось очень тяжело. Как и все священники, по советским законам он считался лишенцем, то есть лишенным всех гражданских прав. Он не мог голосовать на выборах, не мог устроиться на работу. А главное — не имел права на продуктовые карточки. И как ему удалось пережить голод, свирепствовавший на Харьковщине в 1932-33 годах — одному Богу известно…

В 30-х годах о. Василий еще переписывался со своими детьми — дочерью Лидией, проживавшей в Москве, и сыновьями Платоном и Леонтием, жившими в Праге. Лидия Васильевна как могла помогала отцу, но возможностей встречаться с ним почти не имела, так как ее муж-латыш был видным большевиком.

А для пражских Копецких каждое письмо от дедушки Василия было настоящим праздником. Последнее из этих писем пришло в 1934 году. А 1 февраля 1935 года, как сообщила в Прагу Лидия Васильевна, отец Василий скончался. К сожалению, его письма к сыновьям оказались утерянными вместе с архивом Леонтия Васильевича Копецкого, который хранился у Лидии Леонтьевны. После ее смерти в 2000 году греческая организация, занявшая унаследованную от нее квартиру, по всей видимости, просто выбросила или уничтожила этот архив за ненадобностью. А родственникам в ответ на их запрос сообщила, что никаких бумаг и фотографий в квартире покойной обнаружено не было…

Когда скончалась матушка Мария, жена отца Василия — неизвестно. Как неизвестно и то, где именно похоронены Копецкие и сохранились ли их могилы до сегодняшнего дня. Думается, едва ли, учитывая варварское отношение к старым могилам на наших кладбищах в советские времена.

… Осенью 1957 года в Чугуеве побывал Леонтий Платонович Копецкий, сын Платона Васильевича. Это была его первая поездка в Россию. Будучи в Харькове, в гостях у тети по материнской линии, он попросил своего двоюродного брата отвезти его на машине в Чугуев. В городе ему показали дом дедушки, в котором располагалась городская библиотека. Она была закрыта и в доме внуку побывать не удалось. Сад, посаженный заботливыми руками батюшки Василия, был стар, неухожен и давно не плодоносил. Выяснить судьбу дедушки, хоть какие-то подробности последних лет его жизни так и не удалось. Как вспоминает Леонтий Платонович, узнав о том, что он внук священника Копецкого, чугуевцы общались с ним неохотно и были неразговорчивы. Скорее всего боялись. Или чувствовали свою вину?...

…Сегодня в Праге живет уже пятое поколение Копецких. Первым были братья Платон и Леонтий. Последний представитель второго поколения, Леонтий Платонович Копецкий, в свои 83 года работает врачом-ларингологом в одной из пражских поликлиник. Его дочь Марьяна Леонтьевна имеет двоих дочерей, а сын Александр Леонтьевич, кроме троих детей — уже и двоих маленьких внуков. Все они — потомки протоиерея Василия Яковлевича Копецкого. Господь услышал молитвы старого священника…

P.S. - Автор благодарит Леонтия Платоновича и Александра Леонтьевича Копецких (Прага) за помощь в подготовке статьи.